Сегодня у нас в гостях человек, который сотрясает основы медицинской науки.
Тот, кто утверждает, что вирусов не существует. Или, по крайней мере, нет полезных доказательств.
Пресловутый всезнайка? Сумасшедший эзотерик или даже радикальный ревизионист? Увидим.
На сайте его платформы Next Level сформулированы следующие тезисы:
"Мы идем по пути смелых вопросов и переосмысления.
Мы анализируем вирусологические и медицинские темы свежим взглядом, выявляем противоречия и требуем достоверности.
Наши утверждения основаны на проверенных источниках и являются прочным фундаментом для конструктивной дискуссии.
Мы остаемся открытыми для инновационных перспектив и способствуем постоянному самоанализу науки". Благородный подход!
Давайте поприветствуем пресс-секретаря Next Level, господина Марвина Хаберланда, в студии Kla.TV. Теплое приветствие!
Здравствуйте и спасибо за приглашение.
Да, я бы с удовольствием! С одной стороны, это звучит очень захватывающе.
Господин Хаберленд, это самовосхваление благородно и полезно, но, с другой стороны, возникает вопрос:
действительно ли оно необходимо в связи с проблемой вируса?
Разве проблема вирусов не прояснена уже более века назад и не доказана бесчисленными исследованиями?
Зачем, так сказать, поворачивать время вспять, как будто исследований звуковых вирусов не было?
Да, это хороший вопрос. Если мы применим критерии, которые вы сформулировали или зачитали в начале,
к любой теме, то мы не должны делать исключений.
И если мы применим это к вирусологии и изучим публикации вирусологов, тщательно проанализируем их работу, а также проверим
результаты, полученные с помощью вирусологии, такие как лекарства, прививки или рекомендации, на научную обоснованность,
то возникнут серьезные проблемы, связанные с научным методом.
Об этом мы и поговорим сегодня.
Да, но вирусы, несомненно, были найдены и представлены нам в средствах массовой информации и специализированных изданиях.
Я принес несколько фотографий вируса блютанга, вируса ВИЧ, вируса оспы и коронавируса.
А как же эти новаторские достижения?
Доказательства здесь, в черно-белом варианте.
Итак, если вы начинаете с гипотезы, что, например, два человека могут заразить друг друга, то я должен провести
эксперимент, который подтвердит или подтвердит мою гипотезу.
А в вирусологии утверждается, что маленькие частицы переходят из пункта А в пункт Б, например, по
воздуху, и что эти маленькие частицы затем заражают кого-то.
Другими словами, чтобы подтвердить гипотезу, я должен доказать всю эту причинно-следственную цепочку.
Однако эти изображения не являются результатом такого теста или такого эксперимента, но изображения, которые вы здесь показали,
являются результатом экспериментов, проведенных вирусологами в лаборатории - не in vivo, на людях, а на культурах клеток в
лаборатории - путем взятия культур клеток, обычно от обезьян, из почечной ткани обезьян, а затем отравления и голодания их.
Затем создаются эти изображения. Это также известно как цитопатический эффект.
Но на самом деле, если повторить тот же эксперимент со здоровыми тканями от здоровых животных или не добавлять образцы
от больных животных, то получатся точно такие же изображения.
Это так называемый контрольный эксперимент в науке или отрицательный контроль.
Это фактически должно исключить возможность того, что установка, экспериментальная установка в моей
лаборатории, сама по себе не дает такого результата.
Это означает, что если я проведу эксперимент сейчас и возьму здоровые образцы, то получу точно такие же изображения.
Но вирусологи никогда этого не делают. Они проводят только один тест, затем фотографируют
эти изображения и утверждают, что это патогены.
Однако они не показали, во-первых, что это происходит только у больных людей и, во-вторых,
что эти структуры действительно вызывают болезнь.
Потому что на следующем этапе изображение само по себе не является доказательством того, что эта
частица или эта структура вызывает заболевание.
Я могу показать разрушенный дом и сказать, что повреждения были вызваны землетрясением, но одной фотографией это не доказать.
Также причиной повреждения могла стать другая причина.
Это означает, что после того, как я сфотографировал это изображение и показал, что это происходит только у
больных людей, я не смогу найти эти структуры у здоровых людей, и тогда мне придется изолировать эти структуры.
А затем дайте его животным или людям в следующем эксперименте и покажите его:
Ага, они заболевают прямо сейчас с теми же симптомами, когда я даю им эти структуры.
Вирусологи тоже никогда этого не делают.
Поэтому работа ведется исключительно в лаборатории.
Культуры клеток отравляют, морят антибиотиками и так далее, и тогда возникают эффекты, которые называются цитопатическими.
Как я уже сказал, они развиваются совершенно одинаково, неотличимо даже в здоровой ткани.
И есть много, много вирусологических исследований, вирусологических публикаций, особенно в ранний период современной
вирусологии, в 1940-х и 1950-х годах, и впоследствии они также публиковались бесчисленное количество раз, что этот
эффект также возникает, когда используются здоровые ткани.
А вирусологи с 1980-х и 1990-х годов постоянно избегали проведения экспериментов со здоровыми тканями.
Теперь это уже не делается. Вместо этого я вел многочисленную переписку.
С этой целью я подал множество запросов в соответствии с (Законом о свободе информации) или
(так называемыми) Законами о свободе информации.
Во всем мире, на международном уровне, Институт Роберта Коха, Служба общественного здравоохранения Англии, в Италии, CDC
в Америке, Институт Пастера во Франции, Университет Мельбурна в Австралии, Институт Доэрти и так далее, и так далее.
Для всех видов вирусов, кори, SARS-CoV-2, ВИЧ. И послание всегда одно и то же:
"Нет, мы не проводим никаких контрольных экспериментов, отрицательных контролей со
здоровым материалом". Это категорически не делается.
Но если они знают об этой разнице, то чем они это объясняют? Так почему же они не делают этого?
Говорят ли они: "Да, мы разобрались с этим в 1940-х годах, (нам) это больше не нужно"?
Итак, ответы различны. Иногда можно услышать ответ, что нет возможности проводить такие эксперименты.
Чтобы вы целиком и полностью сосредоточились на позитивных экспериментах.
Таков был, например, ответ Австралии на SARS-CoV-2.
В других случаях, как, например, в случае с ящуром из Института Фридриха Лёффлера, нам сказали, что в этом нет
необходимости, поскольку для доказательства наличия вируса в образце уже были использованы другие, косвенные методы.
И я просто скажу, что это обычные отговорки, которые вы часто слышите.
Но они не являются удовлетворительными с научной точки зрения и нарушают научный метод, который также является
обязательным для всех вирусологов и учреждений в соответствии с § 1 немецкого Закона о защите от инфекций.
В нем говорится, что каждый должен работать в соответствии с уровнем техники.
А Немецкий исследовательский фонд в Германии определяет для всех ученых, каковы на самом деле правила научной работы.
И там четко сказано, что мы должны проводить негативный контроль или что мы должны контролировать наши методы, что
мы должны все документировать, чтобы все могли это понять.
А в вирусологии это просто полностью нарушено.
И если вы проведете контроль, например, мы сами это опубликовали, мы опубликовали контрольные эксперименты, в которых материал,
здоровый материал, был смешан с точно такими же антибиотиками, которые используют вирусологи, с точно такими
же методами голодания, которые используют вирусологи, то возникнут именно такие эффекты.
Конечно, в прошлом вирусологи неоднократно публиковали такие данные, но, как я уже сказал, речь идет о
периоде с 1940-х по 1960-е и 1970-е годы, а с 1980-х и 1990-х годов это уже просто не делается.
Мы постоянно говорим о вирусах. Почему в этих клеточных культурах есть антибиотики? Что они там делают?
Да, это тоже очень, очень важный и хороший вопрос.
Вирусологи используют антибиотики в лабораторных экспериментах с клеточными культурами, потому что хотят обеззаразить их.
Вы хотите предотвратить влияние бактерий или других микроорганизмов на эксперимент.
Они хотят, чтобы только вирусы, которые практически неживые, они не живые существа, оказывали свое действие только на эти вирусы.
И они хотят практически уничтожить все остальные микроорганизмы.
Однако вирусологи часто упускают из виду, что антибиотики сами по себе уже являются большим
стрессом для ткани, для данной клеточной культуры.
И добавление антибиотиков, обычно используются два, пенициллин и стрептомицин в комбинации, которые сами по себе приводят к
стрессу клеточной культуры, а затем к этому эффекту, цитопатическому эффекту, когда клеточная культура растворяется
и затем продается нам как своего рода вирусная картина.
Есть и четкие заявления вирусологов в переписке, в том числе из таких учреждений, как Институт Фридриха Лёффлера:
Это хорошо известно. Вирусологам известно, что антибиотики являются проблемными для тканей
и могут вызывать этот цитопатический эффект.
Именно поэтому с научной точки зрения вас заставляют иметь при себе контрольный образец, где вы также добавляете
антибиотики к здоровому образцу, и этого тоже никогда не делают.
Это означает, что даже при использовании более современных методов и более совершенных сканирующих электронных микроскопов
одни и те же эффекты можно наблюдать у здоровых и больных людей.
Да.
Разницы нет?
Нет никакой разницы, это неразличимо.
Есть еще один момент, который требует Немецкий исследовательский фонд и который никогда не
применяется в вирусологии, - это ослепление.
На самом деле вирусологам в лаборатории было бы важно не знать, какой образец был заражен, а какой, например, получен
из здорового источника, чтобы у них не было предубеждения против английского языка или предвзятого мнения.
Этого также не было сделано ни разу во всей области вирусологии.
Другими словами, на самом деле мы имеем несколько нарушений научного метода.
Отсутствие контрольных экспериментов, отсутствие полной документации, отсутствие ослепления, и все это
постоянно нарушается - в том числе и Институтом Роберта Коха.
И, как я уже сказал, это не просто критика научного метода, но мы знаем, что когда вы проводите эти контрольные
эксперименты, то получаете неотличимо одинаковый результат.
Это просто прямое опровержение и фальсификация вирусологии - по крайней мере, такого эффекта.
Мы уже говорили об этих изображениях здесь, об экспериментах с клеточными культурами.
Затем вирусологи проводят второй этап - секвенирование генома, о чем, возможно, уже слышали некоторые зрители.
Цель - выяснить геном или генетическую информацию вируса.
Все это делается с помощью, так сказать, компьютерной модели.
Это чистое моделирование на компьютере с помощью программ.
Она не имеет ничего общего с реальной секвенцией, и никаких элементов управления здесь тоже нет.
Кроме того, вам пришлось бы упорядочить культуру здоровых клеток, которая производит именно такие эффекты.
И что удивительно, когда вы это делаете, вы обнаруживаете те же геномы, те же вирусы в культуре здоровых клеток.
Это значит, что я могу вычислить все вирусы из культуры здоровых клеток, которую я отравил антибиотиками и заморил голодом.
Я также могу найти ВИЧ там с помощью компьютерной программы.
Там же можно найти SARS-CoV-2, варианты SARS-CoV2.
И я могу упростить все еще больше, подвергнув эту культуру клеток некоторым дополнительным этапам, например, в
ПЦР, где я, так сказать, амплифицирую эту культуру клеток.
Другими словами, я просто увеличиваю материал.
Это еще больше облегчает компьютерной программе поиск и вычисление вирусов, так сказать.
И мы критикуем все это, потому что видим, что если контролировать это разумно, как это должно быть с научной точки зрения,
то мы фальсифицируем и опровергаем заявления вирусологов.
И - все это звучало довольно сложно, возможно, вам придется прослушать это раз или два - но теперь
наступает самый простой и важный момент, который должен быть абсолютно логичным для всех зрителей.
Независимо от этих изображений, которые нам постоянно показывают, и независимо от экспериментов с
клеточными культурами и секвенирования генома на компьютере - совершенно независимо от них:
Все эксперименты по заражению, которые когда-либо проводились в истории, то есть по сближению здоровых и
больных людей, будь то животные или люди, провалились. Все!
Это значит, что когда бы я ни пытался собрать вместе больных и здоровых людей в контролируемом
эксперименте и доказать заразность, это никогда не сработает!
И это еще одно прямое опровержение вирусологии.
Да, возможно, косвенно. Но нельзя сказать, что не существует вирусов, вызывающих заболевания, когда вы видите эти инфекции.
Я имею в виду, вы видите это в классе.
Потом заболел один ребенок, следующий, заболели учителя, половина класса опустела.
Мы только что снова это испытали. Как такое может случиться?
Если будет доказано, что в заболевании не участвуют бактерии, а есть неспецифические симптомы, с которыми часто
приходится сталкиваться, но которые постоянно повторяются.
Это типичная клиника, в которую обращаются. Как вы это объясняете?
Да, когда мы наблюдаем эти вещи, возникают научные гипотезы.
Например, что теперь есть частицы или вирусы, которые перепрыгивают.
Это очень хорошая гипотеза. Но когда вы ее проверяете, она не работает.
Поэтому нам нужно больше идей, больше гипотез.
Разумеется, мы также много думали об этом.
Если это не вирусы, то что это может быть? Или микробы?
В связи с научными исследованиями мы сталкиваемся с такими вопросами, как питание, влияние окружающей
среды, токсины и подверженность внешним воздействиям.
Конечно, не исключены источники радиации, психологические причины и стресс.
Это все причины, которые также могут быть очень хорошо проверены экспериментально, например, в любом эксперименте.
Я могу вызывать симптомы исключительно через питание. Я могу вызывать опухоли с помощью токсинов.
Я могу вызывать опухоли с помощью экспериментов с радиацией.
С помощью этих переменных я могу включать и выключать симптомы одним нажатием кнопки.
Другими словами, на самом деле мы уже знаем достаточно много о многих симптомах, о том, как мы можем вызвать их в
экспериментах и что, так сказать, причинно связано с ними.
Не обо всех, но о многих. Вот почему мы говорим, что имеет смысл продолжать исследования в этой области и проводить открытые
исследования вместо того, чтобы постоянно фокусироваться на этой теме, которая была полностью опровергнута от начала и до конца.
Это также препятствует дальнейшему прозрению, дальнейшим исследованиям, дальнейшим знаниям.
Это еще одна вещь, которую мы сильно критикуем: она очень сильно ограничивает горизонт знаний темой, которая была опровергнута.
Правильно ли я понимаю? Ни вирусы, ни бактерии не являются причиной инфекции?
Это верно. С научной точки зрения, если вы проводите эти эксперименты с вирусами или с тем, что, как вы утверждаете,
является вирусами, вы не можете доказать наличие заражения.
Но если сделать это с бактериями, которые можно увидеть под микроскопом, которые существуют на самом деле, мы
не сможем спровоцировать инфекцию в контролируемом эксперименте, если возьмем эти бактерии в изоляции.
Пример: Если я сейчас возьму сальмонеллу или другие бактерии, которые, как утверждается, являются причиной
определенных симптомов, то я не смогу заразить или инфицировать ими здоровое живое существо. Это не работает.
Только когда живой организм уже болен или имеет симптомы, бактерии одновременно размножаются на месте,
то есть, так сказать, в качестве побочного эффекта.
Но если провести аналогию для зрителя, то это как дом в огне.
Когда я вижу горящие дома, я обычно или почти всегда замечаю, что там есть и пожарные.
Другими словами, корреляция, аккомпанемент очень, очень высоки.
Но это не является доказательством того, что пожарные также являются причиной пожара.
Они появляются только одновременно с огнем.
Поэтому с микроорганизмами и бактериями нужно быть очень, очень осторожными и внимательно смотреть по сторонам.
То, что они появляются вместе с симптомом, не означает, что они являются его причиной.
Потому что, как я только что сказал, если я возьму их в изоляции, бактерии, и дам здоровому
человеку, который не болен, ничего не произойдет.
И это фактически опровергает тот факт, что инфекции или заражения происходят через микроорганизмы, такие как бактерии.
Но это также включает паразитов и червей. Это тоже не работает.
Поэтому вы никогда не сможете заразить таким образом здоровых людей. Это не работает.
Да, но возвращаясь к этой ситуации с классом.
Не все дети едят одинаковую пищу. У них разные условия жизни.
Как же может быть, что у всех них проявляются одни и те же симптомы?
Итак, если мы скажем, что у нас в классе есть похожие симптомы:
Во-первых, это не всегда касается всех детей, а только некоторых.
И мы должны искать точки соприкосновения. Дети находятся в одной комнате.
Все они имеют одинаковые учебные блоки.
Все они находятся в одинаковых климатических условиях.
В этой комнате все они подвергаются одинаковым условиям окружающей среды.
И это может быть достаточно переменных или аргументов, которые, конечно, должны быть проверены в соответствующем эксперименте.
Это был бы второй шаг. Но у нас нет недостатка в гипотезах. Именно так.
Но если вы говорите, что существование этих вирусов, вызывающих болезни, не доказано и что наука в принципе не
знает, что она делает и что ищет, насколько полезны такие профилактические меры, как вакцинация?
Да, они могут быть полезны даже без обнаружения вирусов, если они покажут преимущество в разумном эксперименте.
Поэтому независимо от того, есть ли вирусы или нет, вакцинация все равно может сработать.
А если экспериментировать с прививками сейчас, то этого не произойдет.
Во-первых, подавляющее большинство исследований вакцинации не соответствует научным правилам.
Это означает, что у нас есть как минимум две группы.
Один получает вакцину, другой - подходящее плацебо.
Затем рассматривается чисто клиническая картина.
Так было, например, с коронавирусом, с вакцинами против коронавируса.
Не обошлось и без группы плацебо.
Затем ей дали поваренную соль, которая сама по себе не является подходящим плацебо.
Потому что плацебо в разумном отрицательном контроле должно отличаться от активного вещества только по одной
переменной, так что вы можете смотреть только на эту переменную.
В данном случае это вирусная составляющая.
Солевой раствор отличается от настоящей вакцины сотнями параметров.
Но это уже другая тема.
Что было сделано в этих исследованиях короны для коронарных вакцин? Например, BioNTech-Pfizer?
Затем людей просто проверяли с помощью ПЦР-тестов.
Однако, если прочитать мелкий шрифт исследования, в обеих группах заболело одинаковое количество людей.
Эти исследования называют "подозрительными случаями Covid-19".
Другими словами, больных было примерно столько же.
В реальной клинике провести различие не представлялось возможным.
Другими словами, вакцинация не имела никакого клинического эффекта. Отличия были только в ПЦР-тесте.
А еще мы критикуем вакцины.
Научно не доказано, что они эффективны против болезней. И в довершение всего, так сказать:
Если вы посмотрите на корь, коклюш или другие заболевания, которые ассоциируются с прививками, где традиционная медицина
утверждает, что прививки искоренили эти болезни, то на самом деле вы увидите, что задолго до введения прививок в
статистику течение болезни уже снижалось, причем очень сильно.
В некоторых случаях до 95 процентов, как в случае с корью - заболеваемость корью снизилась в Германии до введения вакцинации.
Это означает, что на момент введения вакцинации болезнь уже исчезла.
Это означает, что из этих данных также нельзя извлечь никаких эффектов.
Поэтому мы критикуем вакцины так же, как и вирусологию.
И, кстати, большинство других лекарств также считаются неэффективными и ненужными.
Но это очень похоже на мошенничество.
По вашему мнению, все вирусологи и медицинские исследователи - мошенники и плохие люди?
Нет, вовсе нет. Мы всегда должны учитывать человеческий фактор.
Потому что эти люди посвятили всю свою жизнь этой теме, этому исследованию.
Они, как вы сказали бы по-английски, предвзяты или предубеждены, имеют искаженное мнение, не могут мыслить
открыто, и зачастую от этого зависит все их существование.
Другими словами, у них есть семьи, дети и так далее, и они не могут позволить себе быть критичными.
Вы всегда должны принимать это во внимание, это не делает людей автоматически плохими парнями.
Многих вирусологов можно обвинить в невежестве.
Потому что они постоянно отвергают наши предложения о диалоге.
Иногда мы получаем ответы на письменные запросы, но не всегда, и очень, очень трудно
вступить в объективную дискуссию, научную дискуссию.
Так что вы можете обвинять их в этом, но в целом я бы не сказал, что все врачи, все
вирусологи и так далее всегда делают это специально.
Это просто определенная самозащита, определенное незнание предмета.
Однако сторонники вирусной теории утверждают, что только с введением гигиены, например, Игнацем Земмельвейсом в
гинекологии и Робертом Кохом в теории микробов, инфекционные заболевания начали уменьшаться в первую очередь.
Не рискуете ли вы своими заявлениями свести на нет эти достижения?
Всегда нужно различать. Такие меры, как улучшение гигиены, безусловно, могут иметь эффект, например, просто потому, что я
допускаю меньше инородного материала в свою рану или в свое тело.
Конечно, организм реагирует на чужеродную грязь, скажем так, воспалением.
Это совершенно ясно и правильно.
Но это не обязательно связано с вирусами.
В вирусологии все предельно ясно: есть маленькие частицы, которые вызывают заболевания, а есть причина.
И я должен доказать это научно. Я не могу просто оставить все как есть.
Безусловно, улучшились условия с точки зрения гигиены. Но и это имеет серьезные ограничения.
Например, много исследований было проведено в период коронавируса или в случае гриппа, когда изучались две группы.
В одном случае применялись гигиенические условия, в другом - нет.
Или один использовал маски, а другой нет.
И во всех этих так называемых золотых стандартах РКИ, где есть две группы и различается только одна переменная, выясняется,
что ни меры гигиены, ни маски не оказывают никакого влияния.
В обеих группах всегда было одинаковое количество больных, симптоматических пациентов.
Таким образом, статистически значимой разницы не было. И это также опровергает данную гипотезу.
Тем не менее, как я только что сказал, гигиена, конечно, имеет смысл для открытых ран.
Потому что организм просто наиболее здоров, когда в тканях нет инородных веществ. Это совершенно очевидно.
И затем, исторически, также были эти крупные попытки заражения.
Так что между мировыми войнами, во время мировых войн.
Разве из этого не вытекает вывод, что помимо бактерий существуют и другие механизмы, вызывающие
болезни, которые можно отнести к этим частицам?
Итак, на самом деле существует довольно много попыток заражения, которые были предприняты исторически.
Во времена испанского гриппа, а также позже с корью и многими другими, гриппом и прочими заболеваниями.
И я уже упоминал в самом начале, что они всегда терпят неудачу.
Поэтому вы никогда не сможете показать, что можете заразить людей контролируемым способом. Это никогда не сработает.
И в этот момент, самое позднее, вы должны начать размышлять и думать: что-то здесь не так.
Разумеется, врачи или научные сотрудники, участвовавшие в этих исследованиях, всегда были обеспокоены. Как такое может быть?
У нас здесь пытаются экспериментально использовать самые заразные болезни, и это никогда не получается. Как такое может быть?
Тогда, конечно, в ход идут аргументы типа: "Да, возможно, вирусы были недостаточно сильно
сконцентрированы, или, возможно, у испытуемых был иммунитет".
Это все хорошие гипотезы, без сомнения.
Но дело в том, что нам никогда не удавалось доказать наличие инфекции в эксперименте.
И сначала нужно дать этому опуститься, переварить и осознать.
И это опровергает утверждение, что у нас здесь вообще есть заражение и что оно происходит через эти частицы.
Вы можете увидеть это и в этих исследованиях масок.
Если бы маски FFP2 действительно носили, например, или если бы там были вирусы, то эффект должен был бы быть.
Или гигиенические маски должны показывать эффект, но не показывают.
Это означает, что мы всегда, всегда имеем опровержения вирусологии в нескольких измерениях, в разных экспериментах.
Конечно, сейчас можно попытаться сохранить его всеми силами и ресурсами, что и делается, потому что на нем
многое держится, много промышленности, много экономического оборота, денег и так далее, и так далее.
Вы можете себе представить, что если он начнет рушиться, произойдет огромное
землетрясение, и, естественно, вы захотите этого избежать.
И мы просто хотим научно и объективно указать на то, что существуют огромные проблемы, огромные противоречия, когда
вы смотрите на науку, и вы не можете принять это как ученый.
Как критически мыслящий ученый, вы не можете с этим согласиться.
Другими словами, источники таковы, что эта теория на самом деле не выдерживает критики. Вы сами читали эти источники?
Именно так, в Next Level, как я только что сказал, мы переписывались с
множеством учреждений, более 200, с вирусологами.
Мы провели интервью, обратились с запросами в Институт Роберта Коха и все другие учреждения по
всему миру, которым есть что сообщить в этой области.
И все подтверждают, что не существует отрицательных контролей со здоровыми образцами, что в секвенировании генома
вообще не существует отрицательных контролей. Так что отрицательных контролей вообще не существует.
Например, то, что эксперименты с инфекциями не проводятся по этическим соображениям, -
это такие фиктивные аргументы в свою защиту.
Это можно делать и с животными, как это постоянно делается с вакцинами и другими лекарствами, но,
как ни странно, аргумент здесь основан на этике.
Поэтому вы просто пытаетесь оградить себя от этих противоречий, а внимательный зритель или даже научно мыслящий
человек быстро поймет, что в научных данных и в этой причинно-следственной связи есть огромные проблемы.
И вернемся к этим фотографиям, к этим сооружениям.
В Институте истории науки имени Макса Планка есть замечательная работа Карлхайнца Люттке.
Он исследовал раннюю историю вирусологии и пришел к выводу, что эти изображения представляют собой огромную проблему, поскольку
они не являются оптическими изображениями из микроскопа, как мы их знаем, но и не являются изображениями вообще.
Здесь мы работаем с электронным микроскопом.
Образцы, помещаемые в этот электронный микроскоп в вакуумной камере, должны быть подвергнуты тщательной обработке.
Например, их нужно покрыть паром металла, чтобы ток вообще был проводящим, а затем заморозить или закрепить между
двумя стеклянными пластинами с помощью эпоксидной смолы.
Это огромное количество воздействий на эту ткань, что также вызывает стресс и может привести к изменениям.
А Карлхайнц Люттке из Института Макса Планка также установил, что существуют огромные
проблемы с артефактами - так мы называем их в науке.
Артефакты - это результаты или структуры, которые возникают только благодаря экспериментальным обстоятельствам.
И это не изображения, это преобразованные в компьютере электрические токи, которые затем
математически преобразуются в изображение, так сказать.
И это еще одна проблема. Другими словами, в лучшем случае мы имеем дело с косвенными, но никак не с прямыми доказательствами.
Прямым доказательством может быть следующее: У меня есть больной человек, у меня есть здоровый человек, я свожу
их вместе, он заражает другого человека, тот заболевает.
Я беру слюну или слизь у больного человека, даю эту слизь здоровому человеку, и он заболевает.
Это было бы прямым доказательством. В вирусологии такого не бывает.
Если вы так поступите, это не сработает. И это главная критика всего вопроса.
Итак, подведем итог.
Науке и исследованиям не помешало бы поддерживать открытую дискуссию.
Потому что может оказаться, что мы сидим на базовых ошибках, возможно, не только в вирусологии, но и в других предметах.
А это, как вы указываете, нарушает основы науки. Да, в конечном итоге это привело бы к абсурду.
И это, конечно, будет ситуация, в которую мы не хотим попасть, когда мы просто вернемся к темным
временам, когда вы не сможете доказать что-то окончательно.
Мистер Хаберленд, спасибо вам за это интервью.
Я с нетерпением жду, что скажут зрители.
Kla.TV передает неподцензурные мнения, чтобы мы могли понять, что такое реальность. Большое спасибо.
Да, спасибо за эту возможность. Я думаю, это невероятно важно.
Многие зрители, конечно, уже слышали об этой теме, но большинство - нет.
И, как я уже говорил, говорить на эту тему публично невероятно сложно.
Вы везде получаете отказ, если хотите поговорить на эту тему.
Так что можно сказать, что они пытаются подавить эту информацию.
И я приглашаю зрителей ознакомиться со всеми моими заявлениями на нашем сайте wissen-neu-gedacht.de.
У нас есть множество публикаций со всей перепиской, со всеми раскрытыми источниками, включая
многочисленные судебные разбирательства в этой области.
И да, у нас также есть приложение Nexiqa , где вы можете использовать метод ChatGPT "вопрос-ответ",
чтобы изучить все эти темы, прочитать все эти вирусологические публикации, так сказать, с помощью.
Как именно я узнаю в публикации, что наука была проигнорирована или нарушена, или в переписке с вирусологами и так далее?
Так что вы получите много информации.
Очень хорошо, тогда зритель должен сам проверить факты и задать вам вопросы. Большое спасибо.
Спасибо и вам.