Тогда вы понимаете, что все они преследуют одну и ту же цель.
Но это не значит, что она не может стать причиной войны.
К сожалению, война - лучший бизнес для правящей касты.
То, что представляется нам на публике, обычно напоминает мыльную оперу.
Если я хочу продолжать представлять модель демократии в СМИ и говорить, что это лучшая демократия всех времен, то, конечно, я
не могу пойти и сказать, что теперь у нас здесь мировое правительство, что это восемь пожилых джентльменов, которые
встречаются в задней комнате и затем решают за весь мир.
Конечно, это невозможно.
Так что будьте активны, вставайте с дивана и не поглощайте кризис, как художественный фильм.
Это жизнь каждого из нас, и мы можем формировать ее, потому что будущее не определено , мы все еще можем изменить его сейчас.
Сегодня я отправился в Швейцарию, чтобы поговорить с одним особенным человеком.
Это человек, знающий как детали, так и общую картину, способный связать различные аспекты в единое целое.
Он родился в 1978 году, является музыкантом, автором различных книг, операционным менеджером, радиоведущим,
предпринимателем и консультантом по вопросам управления.
Он жил и работал в 20 разных странах, говорит на пяти языках и, таким образом, имеет полное представление о мире.
Он не просто пересказывает чужие мнения или использует нарративы, а сам докапывается до сути вещей.
Добро пожаловать в Studio Chur, Том-Оливер Регенауэр.
Большое спасибо за приглашение. Да, с удовольствием.
Сегодня мы поговорим о "Властных структурах" или "Кто правит миром?".
Мой первый вопрос - давайте начнем с ситуации в мире - в мире снова идет война, в Украине, в
секторе Газа, в Йемене, повсюду наращивается вооружение.
Теперь ЕС снова решил потратить 150 миллиардов на создание производственных мощностей для производства оружия и логистики.
В то же время между крупными державами - США, Россией и Китаем - существует напряженность, и она очень сильно возрастает.
Но Европа, Ближний Восток, Индия, Пакистан, Иран - везде происходит много интересного.
И в то же время мы приближаемся к пику машинной эры.
Все, что может быть оцифровано, уже оцифровывается - от валюты и центральных цифровых валют до искусственного
интеллекта, который в конечном итоге проникнет во все и вся.
Мы слышали о мозговых имплантах, которые превращают людей в своего рода киборгов -
человек-машина или машина-человек, если это вообще человек.
И мой первый вопрос к вам: являются ли эти события случайными и независимыми друг от друга
или за ними стоит какая-то программа или план?
Это всегда зависит от того, с какой точки зрения вы на это смотрите.
Поэтому я всегда называю это - или люди любят это называть - поликризисом .
Итак, с одной стороны, есть технологический аспект, который идет в направлении трансгуманизма или
который в принципе вытекает из движения технократии.
Все началось в 1917 году на Восточном побережье США с движения технократии , которое затем - если проследить за ним в деталях -
переросло в индустрию цифровизации, платформенную экономику или экономику наблюдения - в зависимости от того, как это назвать.
Это, конечно, технологический аспект.
С другой стороны, конечно, есть военный аспект, военно-промышленный комплекс, как говорится.
Война никогда не уходила. Так что дело не в том, что сейчас снова идет война. Война была всегда.
Мне кажется - если я правильно помню, - что США не воевали в течение 17 или 14 лет с момента своего основания.
Это говорит о многом.
Таким образом, мы фактически имеем ситуацию 5G warfare, то есть войны пятого поколения.
И это не только кинетическая война , но и когнитивная война , о которой тоже неоднократно говорилось.
У НАТО есть собственный веб-сайт под названием NATO Innovation Hub.
Все дело в когнитивной войне.
И это быстро возвращает нас к технологическому аспекту, потому что мы все знакомы с тем, что я всегда называю "smombies"
- смартфоны и зомби - когда они разгуливают по улице. -
Большинство людей проводят много времени за своим смартфоном, даже когда выгуливают собаку или берут на прогулку ребенка.
И это просто инвазивная технология.
И это, естественно, влияет на наш мозг, на наше физическое тело, а также на наше психическое состояние.
Именно поэтому у нас есть так называемая эпидемия изоляции.
Поэтому люди становятся все более одинокими, сосредоточившись на этом красочном, цифровом мире, который я называю "Шоу
Трумана", что также является названием одной книги - последней.
Поэтому на этот вопрос сложно ответить в двух словах.
Потому что это такая широкая повестка дня этой войны 5G, которая - с одной стороны - явно движется в сторону
кинетической войны, а значит, и подрывов в глобальной экономической и валютной системе.
А с другой стороны, есть очень сильный компонент когнитивной войны, где работа ведется по всем фронтам.
Со стороны НАТО, со стороны крупных технологических компаний, а также, например, в дальнейшей форме, в
трансгуманистической повестке дня, где мы быстро приходим к Neuralink или чему-то подобному.
Где затем компания Элона Маска хочет создать мозговые имплантаты и связь с искусственным интеллектом, облаком.
Это био-цифровая конвергенция, то есть слияние человека и машины в широком смысле слова.
И, конечно, в какой-то момент возникает вопрос: в какой степени вы все еще человек?
Так что это очень сложный вопрос, и я с удовольствием прочитаю о нем двухчасовую лекцию.
Поэтому в двух словах ответить на этот вопрос сложно.
Однако, если рассуждать проще, реальность такова, что мы находимся в поликризисном состоянии и, вероятно,
столкнулись с беспрецедентными по масштабам разрушениями.
Вопрос в том, как быстро это произойдет и в какой форме это будет иметь разрушительный характер?
Так что цифровизация - или технократизация-трансгуманизация - будет, конечно, постепенным процессом, постепенным изменением,
для укоренения которого потребуется не одно поколение.
Другая может произойти гораздо быстрее - кинетическая война - в принципе, решающего огня не хватает в нужном месте, и тогда он
может вызвать пожар - будь то на Ближнем Востоке или по сценарию Тайвань, Китай, США или Россия, НАТО, Украина, так
что нас, безусловно, ждут разрушительные времена и, что "неприятно", вероятно, также военные времена.
Давайте вернемся к национальному уровню.
Есть такие конфликтующие страны: США, Россия, Китай.
Все ли они преследуют разные цели или в основном одно и то же?
С точки зрения всеобъемлющей перспективы я всегда называю это 2D и 3D или 4D уровнем политики или геополитики.
На двухмерном уровне мы видим реальные конфликты - конечно, сейчас между Украиной и Россией, - где гибнут люди, слишком
много людей, в кинетической войне, которая действительно ведется.
На более высоком уровне, так сказать, на уровне 3D, находятся такие институты, как
ООН или Банк международных расчетов в Базеле.
И если вы посмотрите, например, на историю Первой или Второй мировой войны, то именно в этих
институтах и организациях происходят переговоры.
Там, где нет войны, где встречаются лица, принимающие решения, и затем смотрят, что они делают.
Иными словами, с точки зрения обычного работающего, воюющего члена населения, это, естественно, выглядит так,
и это также тот случай, когда существует кинетический конфликт, когда существует опасность войны.
Китай, Америка, что война бушует в Украине.
С другой стороны, необходимо признать, что все эти 193 государства-члена ООН приняли на себя
обязательства по реализации Повестки дня на период до 2030 года и оказывают ей соответствующую поддержку.
Это очень хорошо видно на примере того, что в Америке сейчас внедряется "Immigration OS", то есть миграционная операционная
система, с Palantir, которая в принципе аккумулирует беспрецедентное количество данных, работает с большими данными и
таким образом делает прозрачного гражданина почти красивым.
Все гораздо хуже.
Таким образом, все - от фитнес-трекеров до смартфонов - все, что так или иначе доступно в плане данных, "объединяется"
и затем, в принципе, распространяется через тему миграции таким образом, чтобы бороться с проблемой миграции.
Конечно, то же самое сейчас происходит и в Германии, где мы получаем цифровое удостоверение личности и цифровой кошелек .
Затем нам понадобятся соответствующие платежные карты для мигрантов.
Затем все это будет полностью контролироваться, и Россия будет делать то же самое.
Два дня назад появились сообщения о том, что тема миграции сейчас активно обсуждается и в России, что там
тоже вводится цифровой идентификатор, что там тоже будут введены цифровые деньги в рублях.
Итак, повестка дня в основном состоит из 17 целей устойчивого развития и подцелей.
Пункт 16, в частности, очень интересен, поскольку в нем речь идет об институтах и так далее.
Тогда вы понимаете, что все они преследуют одну и ту же цель.
Но это не значит, что она не может стать причиной войны.
К сожалению, война - лучший бизнес для правящей касты.
С одной стороны, вооружение, где корпорации, как и фармако-цифрово-финансовый комплекс, могут заранее обогатиться
за счет вооружения, ReArm Europe и т. д. с фон дер Ляйен.
Это миллиарды, сотни миллиардов, которые затем перетекают в эти корпорации, в раздутую
инфраструктуру фондового рынка и растущие цены на акции.
С другой стороны, сама война - это, конечно, хороший бизнес для людей, находящихся на третьем уровне сверху.
Во-первых, они могут внедрить то, что никогда не было бы возможным в обычное мирное время.
На войне и в любви все дозволено, и, к сожалению, так оно и есть.
Во время войны они могут реализовать то, что иначе было бы невозможно, например,
Бреттон-Вудскую финансовую систему после Второй мировой войны.
Вернее, это было всего за два дня до официального окончания Второй мировой войны, когда уже
велись переговоры о новой мировой финансовой системе.
- Это также свидетельствует о том, что это, очевидно, было приоритетом.
Не то, чтобы война закончилась и все умерли, а то, что эта система была реализована ; Бреттон-Вудс и, таким образом,
сегодняшняя мировая финансовая система и, следовательно, - вы должны видеть это на более высоком
уровне - также Банк международных расчетов (БМР).
В то время как идет война, делегаты и представители этих стран встречаются в очень гармоничной атмосфере и
проводят свои заседания совета директоров, на которых решаются и планируются совершенно разные вещи:
Чем вы занимаетесь во время и после войны и кто зарабатывает больше всех?
Я могу отослать вас к моей статье, которая называется "БРИКС" блеф.
Речь идет о конгломерате на финансовом уровне, то есть об азиатских банках, Банке международных
расчетов, Международном валютном фонде, Всемирном банке и о том, как они связаны между собой.
И там есть замечательная цитата бывшего главы китайского центрального банка, который сказал:
"Мы не являемся конкурентами западной финансовой системы, мы ее дополняем".
И когда люди всегда говорят: "Да, но есть альтернативная система, альтернативная система SWIFT китайцев",
которая настолько альтернативна, что просто называется по-другому и работает в сети SWIFT.
Технически это просто сеть SWIFT с другим названием.
Альтернативы нет.
Они очень слаженно работают на одном уровне и видят, что финансируют войны с обеих сторон, как и раньше.
Они финансируют срывы с обеих сторон и организуют и структурируют их таким образом, чтобы это было выгодно всем участникам.
Да. Итак, эти события - вы сейчас говорили о различных разрушительных событиях - принадлежат ли они друг
другу или это вещи, которые - как я уже спрашивал - параллельны и просто случайно имеют отношение друг к другу?
А может быть, вы видите общую нить, которая проходит через все это?
Итак, вы можете четко распознать общую нить, и она зависит от того, как далеко вы уходите в прошлое.
Если вернуться к концу XIX - началу XX века, то одной из определяющих тем, безусловно, является евгеника .
Евгеника была изобретением англичан.
В принципе, это была расовая теория, селекция человеческого вида и оптимизация человеческого вида.
То же самое произошло и с Великобританией в Америке.
Существовало также движение евгеники и Совет по евгенике.
То есть это были официальные правительственные учреждения, которые занимались оптимизацией видов.
И, конечно же, каста, которая способствовала развитию и поддержке этой модели евгеники, ставила перед собой цель создать
относительно скучный, нетребовательный, послушный рабочий класс и правящую касту, которая будет использовать эту одноразовую массу.
Поэтому, безусловно, определяющим фактором является евгеника, которую мы сегодня встречаем
как биоэтику, как биоцифровую конвергенцию. .
А термин "трансгуманизм", в частности, был придуман Джулианом Хаксли, главой Британского общества евгеники.
Он дважды был директором Британского общества евгеники, а затем первым генеральным директором ЮНЕСКО.
Термин "евгеника" очень часто встречается в учредительном документе ЮНЕСКО, и, конечно же, это общая нить,
которая проходит через всю историю на протяжении более 100 лет.
И когда, конечно, после Адольфа Гитлера и режима НСДАП и нацистского периода в мире люди поняли, что лучше больше не
говорить о евгенике - потому что именно это, конечно, отстаивал Адольф Гитлер в своем варианте расовой теории,
- они сказали, что мы называем это - Джулиан Хаксли сказал - мы называем это трансгуманизмом.
Это звучит гораздо прогрессивнее, не так подозрительно похоже на расовую доктрину, но в принципе это те самые
программы, с которыми мы сталкиваемся сегодня в новом обличье.
В конечном итоге все они основаны на евгенике.
И второй компонент - технократия .
Это то, что возникло в Нью-Йорке в 1917 году, а затем превратилось в "Технократию Инк." в 1930-х годах.
И это две доминирующие, на мой взгляд, основы - я не говорю о планах, это концепции - в конечном счете, это
концепции, которые используются снова и снова на протяжении поколений и упаковываются различными способами.
Но в конечном итоге именно эти факторы являются определяющими в кинетической войне, в когнитивной войне, в
изменениях и разрушениях на общественном, социальном и психологическом уровне, и они определяют время.
Если разложить все по полочкам, то это евгеника и технократия.
Конечно, сейчас это два движения, которые в конечном итоге направлены против людей.
Люди говорят об улучшении людей, именно с помощью мозговых имплантатов, потому что их превращают в эту "тупую массу".
Вы видите, что людей намеренно подвергают воздействию вещей, которые им не подходят - например, смартфона, который
превращает их в "смомби", - чтобы предложить им решение, которое в конечном итоге снова идет против людей.
Что за люди двигают это вперед?
Сложно, да. Вы не можете заглянуть в головы людей, которых это касается, и просто строить догадки.
Но вы можете многое почерпнуть из Священного Писания.
И в итоге в ней все еще есть что-то от неофеодализма (феодализм - политическая иерархическая система в Средние
века, в которой владение землей было важнейшим основанием для власти) или неоколониализма.
И я всегда говорю, что на самом деле это тот же колониализм и тот же феодализм, который существовал
всегда, только инструменты этой касты изменились.
- Итак, что вы можете сделать сегодня, конечно, с точки зрения пропаганды, манипулирования средствами массовой
информации, что в конечном итоге является когнитивной войной.
В конце концов, обычно дело не в содержании сообщения, а просто в массе информации.
Поэтому очень немногие люди умеют расставлять приоритеты и фильтровать новости, определяя, что важно, а что неважно.
Так что в принципе литература этой касты, которая очень открыто пишет о том, что она планирует, неоднократно высказывается в
пользу самовосприятия феодализма, то есть ощущения избранности.
Люди также любят говорить "голубая кровь", дворяне, которые считают себя выше обычного населения, в то
время как я всегда говорю, что у них нет права править.
Ни у кого нет, не было и никогда не будет.
Все равны, а эти люди, очевидно, так не считают.
Да. Тогда альтернативные СМИ очень часто говорят о новом мировом порядке - в смысле авторитарного, централизованного правительства
- о том, что определенные клубы/кланы договариваются о чем-то в подсобных помещениях, чтобы мир мог извлечь из этого пользу.
Основные средства массовой информации, разумеется, преподносят это как теорию заговора.
Вопрос в том, каково ваше мнение по этому поводу? Что сейчас правильно?
Да, я имею в виду, что термин "теория заговора" восходит к документу ЦРУ, на который я
только что снова дал ссылку в текущей статье.
Конечно, в то время это было сделано для того, чтобы заставить замолчать критиков истории Джона Ф. Кеннеди - иными словами,
любой, кто хоть немного сомневался в официальной версии, докладе Уоррена и т. д., затем очернялся как
теоретик заговора, так что в принципе была предпринята попытка заглушить инакомыслящие голоса.
Так что, конечно, это фрейминг , точно так же, как термин "отрицатель короны" или
что-то в этом роде был во время кризиса короны.
К этому не стоит относиться серьезно.
Кроме того, если посмотреть на это с другой стороны, то заговор - это правило, а не исключение.
Если я работаю в компании и меня почему-то беспокоит мой непосредственный
руководитель, что мне делать с пятью моими коллегами?
Я координирую действия и каким-то образом пытаюсь сформировать группу, которая может либо
что-то сделать, либо объяснить, что вы не одиноки.
Можно даже назвать это заговором.
Но в конечном итоге это сотрудничество.
Сотрудничество - это то, что делает нас людьми.
Это спонтанный порядок.
Если мы хотим организовать что-то в сообществе, в кругу друзей, то мы также делаем спонтанный заказ, звоним тем, кто может нам
помочь, а затем собираем небольшую группу, чтобы что-то сделать.
Эти люди делают то же самое.
И таких кругов, конечно, бесчисленное множество.
Мы уже знаем многих из них.
Самый известный из них - Всемирный экономический форум.
Для меня это больше похоже на отдел маркетинга, он тоже очень публичный.
Затем проводятся Бильдербергские конференции.
А еще есть Богемская роща.
Есть Le Cercle.
Существует множество подобных институтов, аналитических центров, фондов, где люди собираются небольшими группами, чтобы
сформировать повестку дня - которая следует за евгеникой и трансгуманизмом - в широком смысле этого слова.
И я называю это просто сотрудничеством. Это самая нормальная вещь в мире.
Проблема, конечно, в том, что мы, как обычное население, сосредоточены на других вещах.
Чтобы мы сосредоточились на положительных моментах.
Если мы создаем кооперативы, значит, мы хотим, чтобы у нас был кооператив, значит, мы хотим что-то изменить в кругу
друзей, возможно, сделать что-то в общине и в местном совете.
Это положительные стороны.
Это сотрудничество на благо группы, в которой вы состоите.
Хотя совершенно очевидно, что эти круги, которые собираются в частном порядке, чтобы
сотрудничать, обычно работают против нормального населения.
Потому что они продвигают повестку дня, за которую никто из нас не голосовал и о которой мы часто ничего не знаем, если
только не ищем ее, не исследуем и не взаимодействуем с ней.
Другими словами, для меня это не имеет ничего общего с заговором.
В основном это организованная преступность.
Потому что если у меня есть мандат политика и я должен представлять волю народа - если вы понимаете это именно
так, - то, конечно, я должен прислушиваться к воле народа.
Но есть известное принстонское исследование, которое я всегда люблю упоминать, от 2017 - кажется, или 2015 -
года, в котором анализируется корреляция между волей избирателей и реальной политикой, и она равна нулю.
В то время заголовок в одном из американских изданий гласил: "Америка больше не демократия,
Европе следует остерегаться того, что грядет".
Вы можете назвать это теорией заговора, но это просто люди, которые либо активно занимаются
пропагандой, либо хотят дискредитировать нас с ее помощью.
Или же это люди, которые не вникали в суть и пытаются понять в широком смысле, что значит сотрудничество, если вы считаете, что
принадлежите к касте, которая владеет или, по крайней мере, контролирует большинство
средств производства, технологий, промышленности.
Так что да, я склонен смеяться над этим термином.
Я не воспринимаю это всерьез.
Ну, дело в том, что эта каста тоже не "зеленая" между собой, потому что власть искушает их брать
все больше и больше для себя - всегда, мол, я один.
Как она вообще держится?
Как вы можете себе представить, что существует план, которому они следуют на протяжении многих поколений, даже если они не в
состоянии по-настоящему сотрудничать - как сейчас, например, на уровне общины, где они хотят сделать что-то для деревни.
Как вы можете себе это представить?
Как достигается такая сплоченность?
В менеджменте люди любят говорить "управление через политику".
Так что вы устанавливаете защитные ограждения, и в принципе это что-то вроде трансгуманизма, евгеники или технократии.
Другими словами, вы движетесь в одном направлении, опираясь на нарратив, идеологию, концепцию.
Конечно, между ними есть развязки и препятствия.
Конечно, есть и внутренние конфликты.
Это хорошо видно на примере Америки, где существует консервативный блок, в который в то
время входили Джордж Буш, Дик Чейни и так далее.
И вся эта клика - консервативный блок и семейный клан, который уже более 100 лет обладает
властью в Америке, в частности, семья Бушей.
А затем, конечно, есть более демократически ориентированный блок власти - например, Байден (теперь уже в
более молодом возрасте), Джордж Сорос и Билл Гейтс, финансирующие этот более левый пузырь.
В настоящее время у власти находятся консерваторы.
Тогда мы имеем дело с финансистами вроде Питера Тиля, который считает себя либералом-консерватором.
Конечно, идет внутренняя борьба за власть, потому что в конечном итоге речь идет о том, кто сидит во главе стола и кто имеет право
голоса в новом мировом порядке или в нынешней правящей системе.
Так что конфликты между ними, безусловно, есть.
Но что очень последовательно , так это то, что вы всегда действуете на основе повестки дня.
Другими словами, все всегда движется в сторону технократии.
Теперь это можно наблюдать и в Германии.
В принципе, неважно, кто находится у власти, даже сейчас, после выборов.
В настоящее время развивается "зеленая" экономика с отслеживанием выбросов CO2 и торговлей квотами на выбросы.
Все это не будет отменено или изменено.
- Напротив, сейчас ведется постоянное биометрическое наблюдение с помощью E-ID, цифрового
кошелька гражданина и других подобных инструментов.
Причины: Сейчас у нас миграционный кризис, нам нужно укреплять внутреннюю безопасность и лучше организовывать себя.
Так что теперь мы вводим биометрию и электронные идентификаторы для предотвращения фальсификации выборов и т. д., как в Америке,
в то время как предыдущее правительство развернуло ту же систему, ту же биометрию, ту же массовую слежку
из-за другого потенциального риска, а именно вируса.
Тогда было сказано, что нам срочно нужен биометрический мониторинг, отслеживание 2G или 3G и антиутопия
QR-кодов для здравоохранения и глобального здоровья.
В итоге вы получаете ту же самую модель, она ничуть не меняется.
В принципе, меняется только маркетинговый инструмент.
Как сделать его хоть сколько-нибудь приемлемым для населения.
Это означает, что различные группы, хотя и не "зеленые" друг с другом, имеют общую цель.
У меня такое чувство, что они хотят отнять как можно больше у обычного населения.
Будь то познавательное, будь то материальное, чтобы сохранить его для себя.
Это отдельные люди, семьи или крупные корпорации?
Как выглядят эти властные структуры?
О Боже, как долго будет длиться эта лекция?
Существует огромная сеть, и вы не можете ответить на этот вопрос точно.
С одной стороны, конечно, есть семейные кланы, такие как Буши, которые, в принципе, уже 100 лет расправляют крылья в
американской политике, собирают ресурсы и, в принципе, являются криминальным кланом, который
приходит к власти или время от времени приходит к власти.
Кеннеди не намного лучше.
Они зарабатывали на контрабанде опиума, оружия и алкоголя и выросли там.
Это все Восточное побережье США, в основе которого лежат наследники Ост-Индской компании (бывшей
британской торговой компании, имевшей монополию на торговлю Индией) и торговля опиумом.
Вы можете легко прочитать в основных средствах массовой информации, что Гарвард, Принстон и все эти
университеты были основаны бывшими опиумными баронами.
И Кеннеди не выходят из нее.
С одной стороны, конечно, есть семейные кланы.
С другой стороны, есть такие сети, как Бильдербергская конференция.
Конечно, интересно, что, с одной стороны, у вас есть Джордж Сорос, Питер Тиль или Эрик Шмидт, которые в
принципе очень публично представляют противоположные идеологии.
Один из них - левый демократ, как Эрик Шмидт, бывший босс Google, а другой - правый либерал-консерватор, как Питер Тиль.
Они диаметрально противоположны друг другу на публике и в СМИ, но затем встречаются на Бильдербергской
конференции, где оба входят в руководящий комитет.
Из этого следует, что там обсуждается нечто иное, чем то, что мы видим в СМИ, где большинство из этого,
вероятно, просто показуха, или люди публично пытаются получить долю избирателей или власть.
- В то время как такие вещи, как цифровизация и трансгуманизм, продолжают оставаться на заднем
плане, и люди прекрасно уживаются друг с другом.
Как правило, эти люди дружат и в личной жизни.
Это всегда видно в Бундестаге, когда говорят, что мы спорим в ток-шоу - как-то "Зеленые" против ХДС, "Левые" и AfD.
А в конце они стоят где-то на панели, смеются и веселятся вместе.
По сути, это клуб.
А то, что представлено нам на публике, обычно напоминает мыльную оперу.
Да. Вы очень сильны в рекламе этих вещей.
Как заставить людей слушать вас?
Ну, во-первых, я не хочу, чтобы меня кто-то слушал.
Я хочу, чтобы люди прислушивались к себе, своей интуиции, внутреннему голосу и собственной совести.
Потому что, как я уже говорил, нет права править.
Также нет никого, кто бы диктовал что-то вам или мне.
Единственное, что должно руководить нами в жизни, - это наше личное понимание реальности.
И каждый должен решать это очень субъективно для себя.
Другими словами, я просто собираю информацию, затем предоставляю ее - и, прежде всего, со всеми источниками, которые я использовал
для своих выводов, - чтобы вы, читатель, могли понять ее самостоятельно и решить, придете ли вы к такому же выводу.
Я вообще считаю их очень логичными и не понимаю, как можно придумать что-то другое.
Но каждый волен решать за себя.
Я совсем не хочу, чтобы люди мне верили.
Худшее, что вы можете сделать, - это просто перенимать и адаптировать мнения и верить кому угодно.
Вы должны слушать только себя.
И что, на мой взгляд, очень важно, так это то, что мы используем правильные термины.
Так что если я называю себя клятвопреступником, теоретиком заговора или кем-то в этом
роде, то, конечно, я делаю людям одолжение.
Вы не найдете этих терминов в моих текстах.
Потому что речь всегда идет не о заговорах, а об организованной преступности.
И, по сути, есть очень простое предложение: следуйте за деньгами.
Так что вы идете за деньгами, что сделал бы любой детектив, любой инспектор, который хочет раскрыть преступление.
Я делаю то же самое.
И вы можете обратиться в суд с любой из моих статей и иметь хорошие шансы на победу, потому что в принципе все доказано.
И не с помощью какого-то видео на YouTube от мистера XY, который однажды услышал от кого-то, что это может быть так, а
обычно с помощью оригинальных документов ЮНЕСКО, ЦРУ и т.д.
Тогда вы сможете сами прочитать, что эти люди на самом деле делают и пишут, что они объявляют, что они ретроспективно признают
и уступают - что часто происходит лишь десятилетия спустя.
Поэтому вам также нужно использовать правильные термины.
Именно поэтому я использую такие термины, как экономика наблюдения .
В принципе, это не просто наблюдение с полной занятостью, а заработок на наблюдении с полной занятостью.
В конце концов, крупные технологические компании, добывающие золото нашего времени - данные, -
конечно же, зарабатывают на этом огромные деньги.
Однако они также передают эти данные правительству или секретным службам.
Это, в свою очередь, естественно, дает им доступ к отдельным еретикам, неверующим критикам, которые так
или иначе делегитимизируют себя против государства.
Другими словами, это очень нездоровая сеть.
А Бенито Муссолини в свое время назвал это идеальной формой фашизма: "Корпоративизм.
Когда государство и корпорации сливаются в нездоровую структуру власти". И это именно то, что мы имеем.
Вот почему эта структура власти так огромна, запутана и к тому же трудно делимитируема, ведь в
принципе политика уже давно перестала что-либо решать.
В принципе, наднациональные организации, их агенты, аналитические центры и что-то вроде ООН, которая затем представляет нам
Повестку дня на 2030 год и цели устойчивого развития, за которые никто из нас никогда не голосовал, но которые затем
реализуются и навязываются соответствующим национальным правительством, уже давно принимают решения.
В принципе, это противоречит воле народа, который не голосовал "за" и не имеет права голоса.
Поэтому для меня политика - это всего лишь исполнительная ветвь наднациональной структуры, которая
называется не мировым правительством, а глобальным управлением.
И в какой-то момент это, безусловно, приведет к созданию все более сильной структуры глобального управления.
Самое позднее, когда нам придется платить налог на устойчивое развитие в ООН, что уже обсуждалось.
Но национальные правительства, конечно, продолжат существовать.
Потому что это то, что вы видите.
Именно здесь я могу симулировать демократию и голосование и при этом дать избирателям ощущение, что они
участвуют в голосовании, но в конечном итоге это не так.
То есть это означает, что боящегося единого мирового правительства, которое будет заседать где-нибудь в
Женеве или Нью-Йорке, скорее всего, не будет, а будут существовать те подразделения, которые у нас уже есть?
Именно, это тоже не продается.
Так что если я хочу продолжать представлять модель демократии в СМИ и говорить, что это лучшая демократия всех времен, то,
конечно, я не могу говорить, что у нас тут теперь мировое правительство, что есть восемь пожилых джентльменов,
которые встречаются в задней комнате и решают за весь мир.
Конечно, это невозможно. Люди тоже это знают, конечно.
Поэтому, конечно, национальные правительства будут существовать и дальше, но всегда будут появляться новые инструменты,
требующие и обеспечивающие наднациональный суверенитет.
Как и договор ВОЗ, который, конечно же, гарантирует, что в сфере здравоохранения не национальные правительства, а наднациональная
структура будет диктовать, что происходит в отдельных странах.
Да.
Как вы думаете, почему люди терпят это?
Все больше людей осознают, что недовольны своими правительствами, и, возможно, даже будут рады начать все с чистого
листа и даже согласятся на создание мирового правительства.
Да, есть удивительное количество людей, которые не считают, что все так плохо.
Но обычно это люди, которые не присматриваются.
Каждый, кто считает себя демократом - особенно сейчас, в Швейцарии, демократом низового
уровня, - хочет оказывать влияние на свое сообщество.
Это значит, что он хочет высказаться, высказаться, изложить свои соображения - за и
против - и затем каким-то образом найти консенсус.
Собственно, это и есть демократия.
Это процесс, часто также конфликт, дискуссия, дискурс, который должен быть где-то разрешен.
И, конечно же, этого не происходит.
Я думаю, что многие люди не имеют представления о том, что такое обзор, потому что у них
просто нет времени в их обычной рабочей жизни.
У кого есть время тратить четыре, шесть или восемь часов вечером на изучение чего-либо, если это не представлено в книге?
Когда вы разговариваете с людьми на улице, у вас возникает ощущение, что все как-то идут у вас на поводу, что они
подспудно недовольны, но на самом деле ничего не делают.
СМИ говорят нам, что журналисты-фрилансеры, такие как мы с вами, составляют не более 20 процентов населения.
Так ли это на самом деле?
Нет, я так не считаю.
Я всегда люблю приводить в пример референдумы в Швейцарии - тогда по вопросу о коронавирусе и законе Covid.
Был проведен первый референдум, который поначалу даже отклонил закон.
Я посмотрел на эти прогнозы - или прогнозы - и в какой-то момент, я думаю, результат был таков: 47 процентов
отвергли этот закон, что означало, что он все-таки был принят.
Но 47 процентов населения уже проголосовали против введения этого режима - этой системы
слежки и контроля - на первом референдуме.
И я полагаю, что в средствах массовой информации этот критический пузырь изображается совершенно преувеличенным.
Потому что, конечно, нужно дать людям почувствовать, что они - странная, сумасшедшая, критически настроенная
часть населения и что они - абсолютное меньшинство, да.
Тогда вы чувствуете себя бессильным.
Конечно, это создает ощущение бессилия и беспомощности, и люди продолжают сидеть дома в апатии на диване и,
естественно, раздражаются, что не могут ничего сделать.
Но я вижу это совсем по-другому, потому что, как я уже сказал, когда вы гуляете по городу, в аналоговом пространстве и
разговариваете с людьми, довольно редко можно встретить человека, который действительно считает, что все хорошо, который
действительно с энтузиазмом относится к немецкому правительству, американскому правительству, будь то Трамп или
тот, кто был до него, будь то швейцарское правительство.
Вряд ли вы встретите на публике, в пабе, в поезде человека, который был бы полностью увлечен.
По моим наблюдениям, людей, которые действительно положительно отзываются о нем, меньшинство.
Это 20, 18, 25, 15 процентов, в зависимости от того, куда вы обращаетесь, а может, и 30 процентов.
Но я считаю, что таких меньшинство.
И я думаю, что 60-70 процентов населения поняли, что их обманывают, что это фасад, и это недовольство очень велико.
Я полагаю, что из них - назовем их 60 или 70 процентов - большая часть этого блока еще
недостаточно уверена в себе, чтобы заявить об этом публично.
Потому что, конечно, есть страх, что об этом узнает ваш работодатель, что у вас будут недостатки на работе, что вас
больше не пустят в теннисный или стрелковый клуб, что ваши друзья будут считать вас прокаженным, придерживающимся странных теорий.
Но я считаю, что если говорить об этом открыто - а это мой опыт, - то быстро понимаешь, что многие люди настроены очень критично.
Главное - не использовать термины, предложенные правящей кастой, пропагандистским аппаратом.
Поэтому не говорите об изменении климата, а если кто-то заговорит с вами об изменении
климата, говорите об охране окружающей среды.
Когда кто-то говорит о накоплении капитала и злых миллиардерах вроде Элона Маска, поговорите о злых миллиардерах вроде Сороса и
Гейтса, которые также в конечном счете преступно организуют и сотрудничают, чтобы
внедрить то, за что никто из нас не голосовал.
И старайтесь описывать вещи более подходящими терминами.
Речь идет не о теориях заговора, а об организованной преступности и журналистских расследованиях, о криминологии.
Государство слежки - это не обязательно государство слежки, а экономика слежки, потому что это очень
тесное взаимодействие между корпорациями и государственным аппаратом и секретными службами.
Так что, если вы попытаетесь подойти к людям с правильным словарем, вы сможете поговорить и с другой стороной -
в перевернутых запятых - в очень конструктивном ключе.
Я сам снова и снова убеждаюсь в этом, когда общаюсь с людьми, которых можно было бы назвать полностью "проснувшимися" или "с
совершенно противоположного берега", которые могут прекрасно поговорить со мной об этом, потому что я также выступаю за защиту
окружающей среды, и никто не любит микропластик в своей еде.
Я также не поддерживаю супермиллиардеров вроде Маска, Сороса или Гейтса, которые могут купить на свои деньги столько влияния,
что убивают людей в Америке и Африке с помощью наркотиков, проводя кампании, которые в основном приносят только вред.
От стерилизации до смертей - все, что происходило в прошлом.
Так что если вы просто попытаетесь поднять людей - а я думаю, что каждый должен посмотреть на себя со стороны, - потому
что, конечно, многие люди все еще очень разочарованы коронавирусным кризисом, своими соседями, своими работодателями.
Но если вы немного лучше осведомлены, у вас чуть больше проницательности, чем у других, и вы видели все это
насквозь, то вы также обязаны немного уступить, быть более благоразумным и все равно подходить к людям.
Поскольку мы - один вид, нам приходится как-то делить эту среду обитания.
И если нас по-прежнему разделяют на "за" и "против" короны, "за" и "против" миграции, "за" и "против" Трампа, "против" и "за"
Мерца и BlackRock в Германии. Чем больше таких раскольнических нарративов привносится в жизнь населения,
тем больше нам приходится иметь дело с самими собой и с горизонтальными конфликтами.
Хотя проблема - как мы видели в 2008 году, когда возникло движение "Захвати Уолл-стрит" - находится на самом верху.
И последний раз, когда люди вместе, левые и правые, смотрели вверх, был "Оккупай Уолл-стрит".
По всему спектру наблюдался большой импульс, когда люди признали, что дело в центральных банках: Именно центральные
банки, именно крупные банки мы должны спасать с помощью наших денег, с помощью наших налогов на миллиарды.
И у них не было этого горизонтального конфликта.
А после этого, особенно в Америке, снова возникло движение "Чаепитие" и то, что стало прогрессивным "woke" .
И снова люди вступают в горизонтальный конфликт и бьют друг друга по голове, вместо того чтобы заняться проблемой,
которая, как правило, заключается в том, чтобы смотреть вверх.
Да.
И в какой степени мы теперь находимся во власти этого процесса, или мы можем защитить себя,
вооружиться против того, что что-то должно с нами сделать?
Мы согласны с этим и поэтому даем ему власть.
С другой стороны, если мы забираем власть себе, мы забираем ее у них - так сказать, эти возможности.
Чем больше людей это делают, тем масштабнее и масштабнее становится этот процесс.
Что вы советуете делать людям?
Прежде всего, конечно, вы должны понимать, что чем больше пропаганды, чем больше сомнительных, шизофренических нарративов
вбрасывается в комнату, тем больше возмущения происходит.
Итак, сегодня тема А, вы должны быть возмущены этим.
На следующий день - тема B, так что вы должны быть возмущены.
Чем больше это происходит, тем больше это признак того, что в башне из слоновой кости царит определенная
паника, потому что, конечно, доверие к политике и государству падает уже несколько десятилетий.
Доверие к общественному вещанию падает.
Явка избирателей падает и падает.
Другими словами, все больше и больше людей, совершенно очевидно понимая, что ими управляют, и что это не имеет
ничего общего с демократией, разочаровываются и отворачиваются.
И, конечно, большинство людей делают это в некой агонии - другими словами, в разочаровании, - так что они просто не хотят
больше иметь с этим дело, а вместо этого сосредотачиваются на своей личной жизни, на тех вещах, на которые они могут повлиять.
И это действительно так.
Если бы я не был связан с журналистикой, я бы часто не смотрел эти материалы, потому что зачастую
гротескное повествование просто оскорбляет ваш интеллект.
Но на самом деле вы должны посоветовать людям признать это: Мы все еще больше!
Так что если взять условия работы правительства с его полицией или государственной службой, а затем сравнить их с количеством
людей, живущих в этой стране как население, то мы получим огромное расхождение между аппаратом -
государственным аппаратом, системой, называйте как хотите - и населением, которое на самом деле обладает властью.
В этом, собственно, и заключается идея демократии: суверен решает.
Это чувство особенно ярко выражено в Швейцарии.
И очень быстро возникает ощущение, что вам диктует федеральное правительство, если вас не спрашивают.
Теперь у нас есть эти рамочные соглашения ЕС, что означает: "Они пытаются как-то обойти
референдум, чтобы он не проходил через Совет государств".
Вы пытаетесь как-то выпутаться из этой ситуации.
И люди просто обязаны активно участвовать.
Демократия - это процесс. Если у вас уже есть эта "лучшая модель" - а это, вероятно, одна из лучших моделей, которые мы знаем и
имеем, а также обладаем определенным практическим опытом, - если вы хотите принять участие и активно довести ее до
какого-то положительного результата, то вам придется принять участие, и вы должны сделать это на местном уровне.
Потому что вы не можете влиять на Федеральный совет в Берне из Чура.
Но что вы можете сделать, так это заставить муниципальную администрацию прислушаться, внести свой вклад и задать тон.
И если достаточно муниципалитетов сделают это, и достаточно муниципальных руководителей примут меры в
кантоне, а кантон примет меры в Берне, то у вас действительно есть возможность изменить ситуацию.
Корона, конечно, была бы совсем другой, если бы не было так много свободных СМИ и так много оппозиции.
Так что будьте активны, вставайте с дивана и не поглощайте кризис, как художественный фильм.
Это жизнь каждого из нас, и мы можем формировать ее, потому что будущее не предопределено , мы можем изменить его уже сейчас.
Да, большое спасибо за вашу оценку и за то, что поделились с нами своими знаниями.
Есть ли у вас еще что-нибудь, что вы хотели бы сказать зрителям в конце?
Да, это было почти заключительное слово, но вы должны осознать, что вы сами - сила,
перемены, позитивное будущее и что жизнь прекрасна.
Жизнь прекрасна, а все остальное, в чем нас пытаются убедить, - будь то страх, страх перед войнами, страх
перед цифровизацией и т. д., - все это средство господства.
Жизнь прекрасна.
Вы должны вести целеустремленную, счастливую, полноценную жизнь со своей семьей, с тем местным окружением, которое у вас есть, и
ни в коем случае не позволять ввергать себя в это отношение страха или агонии , к которому нас хотят подтолкнуть
средства массовой информации - пропагандистский аппарат, - потому что в конце концов они уже достигли своей цели.
Будущее нужно не предсказывать, а формировать, как сказал однажды Антуан де Сент-Экзюпери.
И я считаю, что для этого нужно быть активным и жить счастливой жизнью, потому что
счастливая жизнь - это и есть настоящая революция.
Большое спасибо за это интервью. Всего вам наилучшего, господин Регенауэр.
Спасибо за приглашение.