Тара Родас работала в США в 2021 году на руководящей должности в центре приема несопровождаемых детей.
Она откликнулась на призыв администрации Байдена оказать помощь в связи с кризисом, когда
несовершеннолетние беженцы массово пересекали южную границу США.
Она хотела помочь воссоединить детей с их семьями.
Однако она быстро поняла, что с детьми что-то не так.
Они страдали от приступов паники, кричали о своих родителях и говорили, что их заманили в Соединенные Штаты контрабандисты.
Родас провел расследование и обнаружил огромную сеть торговли детьми.
Так она стала разоблачителем, который теперь борется за разоблачение этих сетей и привлечение их к ответственности.
В трогательном интервью Крису Фарреллу она рассказывает о своих открытиях.
Она рассказывает о том, как эти дети передаются преступникам, которые затем заставляют их
заниматься принудительным трудом или проституцией.
Она рассказывает о врачах, которые со слезами на глазах описывают, как совсем маленькие дети получают шрамы от
массового сексуального насилия и уже в младшем школьном возрасте страдают от заболеваний, передающихся половым путем.
Она также рассказывает о том, как государство субсидирует эту торговлю детьми миллиардами, что 325 000 этих детей
считаются пропавшими без вести и что Министерство здравоохранения блокирует срочно необходимые разъяснения.
Смотрите отрывки из видео с Тарой Родас ниже.
Интервью проводилось в октябре 2024 года, то есть до последних выборов в США.
В конце программы мы рассмотрим развитие событий в этом вопросе при нынешней администрации США.
[Я Крис Фаррелл, и это программа "На страже".
Добро пожаловать в "На страже", подкаст Judicial Watch, в котором мы заглядываем за заголовки газет, чтобы рассказать
вам истории, о которых основные СМИ не хотят, чтобы вы знали.
Мы пытаемся восстановить забытое и объяснить непонятное.
Сегодня мы предлагаем вам все три этих элемента.
Мы снова приветствуем очень смелую женщину, разоблачительницу, которая обнаружила и разоблачила невероятный кризис торговли
людьми, секс-торговли и насилия над детьми в нашей стране.
Мы приветствуем Тару Родас. Добро пожаловать, Тара!
Крис, большое спасибо, что пригласили меня сегодня на свое шоу.
Я очень благодарен вам и Judicial Watch за то, что вы не перестаете проливать свет на то, что, как мы
знаем, является торговлей детьми, спонсируемой государством и финансируемой налогоплательщиками.
Именно. И преданные зрители и слушатели нашего подкаста наверняка помнят.
И я знаю, что вы помните, потому что наше первое интервью в июле 2023 года, чуть больше года назад,
около 14 месяцев назад, собрало огромную аудиторию.
Тара стала нашей гостьей и рассказала о своем опыте работы в центре приема и обработки несопровождаемых детей.
Невероятная история. Думаю, мы проговорили больше часа.
Мои коллеги будут связывать предыдущий эпизод с текущим, чтобы вы могли посмотреть оба, если еще не видели их.
Но для начала, в качестве общей точки отсчета, Тара, расскажите нам, как вы узнали об этой возмутительной, жестокой, спонсируемой
государством торговле детьми, как вам стало об этом известно.
Верно, Крис, ваши зрители, возможно, помнят, что в начале 2021 года администрация Байдена-Харриса
обратилась ко всем федеральным служащим с призывом.
Они заявили, что если вы являетесь федеральным служащим, то должны покинуть свое местное ведомство,
чтобы помочь в преодолении кризиса на южной границе.
И речь шла именно о кризисе несопровождаемых детей.
Дети, которые приехали к нам без семьи, без родителей.
А затем была поставлена задача свести этих детей со спонсорами из США.
А я думал, что речь идет о программе воссоединения семей.
Я думала, что буду рисовать и собирать пазлы с детьми, пока они ждут воссоединения со своими родителями здесь, в США.
Но дело было не в этом. Их лучшие намерения не имели абсолютно никакого отношения к тому, что происходило на самом деле.
Верно. И то, что я и многие другие федеральные чиновники, участвовавшие в этой миссии, не знали.....
Никто не знал, что детей похищали через эту программу и эксплуатировали в течение более десяти лет.
Это просто шокирует.
Я ничего не знал об этом, когда сказал: "Эй, вот он я, пришлите меня. Я хочу помочь этим детям".
Мой муж родом из Сальвадора. Я говорю по-испански.
И я думал, что это будет гуманитарная миссия всей моей жизни. Это будет фантастика.
Верно.
Только для того, чтобы сказать, что дети не знают, куда их повезут.
И это было шокирующе.
И когда мы говорим о детях, вы часто думаете: "О, это 14-летний подросток, ну, вообще-то еще ребенок, но 16- или 17-летний
подросток, конечно, гораздо более зрелый человек, чем 10-летний".
Но речь идет не только о таких молодых людях, но и о маленьких детях.
Верно.
Я имею в виду буквально младенцев, которых отправляли через границу в Соединенные Штаты.
Да. Младенцы и малыши. Это невообразимо.
А вот Карлос Ареллано, разоблачитель из MVM (американская охранная компания), перевозил трехмесячного ребенка.
Поэтому люди должны это понять.
MVM - это охранная компания, которая была нанята для перевозки этих детей - не всех, конечно, но они сыграли свою роль.
У них был контракт с правительством США на перевозку людей.
Да. И речь идет о миллионах и миллионах долларов за перевозку этих детей.
Это просто невероятно. И им всего три месяца.
И, Крис, я бы утверждал, что некоторые из детей, которых я видел своими глазами, были
подростками, в том числе мальчиками-подростками.
Но они происходят из коренного населения Гватемалы, говорят на диалектах майя и не знают испанского.
Правильно
Вы абсолютно беззащитны.
Некоторые из этих детей никогда не ходили в школу.
Они не умеют читать. Они не умеют писать.
А потом они оказываются здесь и вынуждены заниматься принудительным трудом.
Об этом сообщила газета New York Times.
Потрясающе, что и по сей день никто не сделал ничего, чтобы спасти этих детей.
Да, я имею в виду, что это действительно интересная часть истории, что у вас, очевидно, был
свой личный опыт в центре обработки этих детей.
О более серьезной истории даже сообщили.
Кажется, это была трехсерийная серия New York Times, рассказывающая о детском
труде на мясокомбинатах и в других местах.
Да.
И можно подумать, что где-то слева от Байдена и Харриса это будет звучать так: "Боже мой, даже наш собственный инструмент
пропаганды, New York Times, говорит, что мы вызвали кризис".
Но об этом как-то сообщили. Я думаю, вы должны отдать им должное за то, что они сообщили об этом.
Это было ужасно. Но, казалось, не было ни эффекта, ни реакции, ничего.
Нет, никакого воздействия не было. Не было предпринято никаких действий для спасения этих детей.
И я думаю, что это одна из самых пугающих вещей.
Когда мы начали сообщать о случаях торговли людьми в 2021 году, в июне 2021 года, мы считали, что пострадали, возможно, 50 детей.
Но к тому времени, когда мы закончили, через центр приема беженцев в Помоне, где я
работал, менее чем за полгода прошло более 8300 дел.
Мы подумали: "Боже мой, это касается тысяч детей": Потому что мы видели случаи из совершенно разных учреждений.
Но затем, в 2023 году, Ханна Драйер сообщила в газете New York Times, что 85 000 детей исчезли, пропали без вести.
И в последний раз, когда мы говорили об этом, это была примерно та цифра, которую мы
использовали для количественной оценки кризиса.
Но на самом деле все гораздо хуже. Их в четыре раза больше.
Я считаю, что используемая сейчас цифра надежна и хорошо документирована, хотя это все еще оценка.
Сейчас эта цифра составляет 325 000 исчезнувших детей.
Они пропали без вести. Никто не знает, как они и где они.
Они просто исчезли. Они были похищены и исчезли.
Да. И самое страшное, что никто ничего не сделал, чтобы спасти этих детей.
И люди должны понять, что это политический вопрос.
Мы могли бы начать крупнейшую операцию по спасению детей, когда-либо предпринимавшуюся в
истории человечества, если бы HHS опубликовало данные.
Крис, я думаю, что большинство людей этого просто не понимают.
Люди думают: "Боже мой! Дети пропали! Что я могу сделать?"
Они считают, что ничего не могут сделать или что ничего нельзя сделать.
На самом деле у федерального правительства есть не только данные детей, но и данные приемных родителей, к которым были
переданы дети, а также подробная информация об этих приемных родителях, например, их последний известный адрес.
Но они не примут против них никаких мер и не передадут данные, даже по повестке Министерство здравоохранения
не передаст эту информацию правоохранительным органам.
А поскольку правительство скрывает эти данные и прячет их от правоохранительных органов,
никто не знает, где находятся более 320 000 детей.
И это неприемлемо.
На мой взгляд, не отстаивая какой-либо конкретный результат или позицию, это невероятно
важная информация для просвещения общественности.
В ближайшие дни пройдут национальные выборы, и люди будут принимать решения, заполнять бюллетень или тянуть рычаг.
Вам нужно принять взвешенное решение.
И вот наш пограничный комиссар Камала Харрис , по моему мнению, руководила крупнейшей в истории
мира операцией по торговле людьми и секс-трафику.
А если говорить более конкретно, то речь идет о торговле детьми, о чем мы оба и говорим.
Они обладают знаниями и опытом в этой области из первых рук.
Вы наблюдали это.
Я знаю, что сегодня вы выступаете здесь как частное лицо, но, к счастью, вы являетесь
представителем профессионального мира генеральных инспекторов.
Поэтому я буду использовать разговорные или сленговые выражения.
Они немного "умнее", чем обычные люди.
Вы знаете, на что идете, когда сталкиваетесь с подобным мошенничеством, аферами и манипуляциями.
У вас есть талант распознавать это.
И вот вы видите, что происходит в этом здании, в Помоне, и говорите: "Эй, подождите-ка. Что вы, ребята, делаете?"
Почему бы вам не рассказать нашим зрителям и слушателям немного об этом; о вашей мгновенной реакции:
"Что, черт возьми, здесь происходит? Что вы делаете?"
Верно. Было очень легко понять, что дети с паническими атаками должны находиться под наблюдением
суицидальных служб, кричать о своих родителях и рассказывать нам истории о том, как их сюда заманили.
Мы не сразу поняли, что у нас серьезная проблема.
Это же дети. Я имею в виду, это ценный груз.
Мы должны обеспечить, чтобы эти дети были помещены в безопасные дома.
В тот момент я поняла, что с этими детьми произошел кризис.
Я понял, что что-то не так.
И я думаю, что людям важно понять, что HHS - это не правоохранительное агентство.
У него просто нет знаний, навыков, компетенции или опыта для принятия мер против сетей, занимающихся торговлей людьми.
Верно.
Они этого не сделали. И, к сожалению, в настоящее время они несут ответственность за освобождение, поскольку не сделали этого.
.... Это также политические решения, которые были приняты.
К сожалению, политические деятели допустили серьезный просчет, снизив уровень контроля и проверок
безопасности для этих предполагаемых спонсоров.
И мы знаем, что некоторые из этих спонсоров являются членами транснациональных преступных организаций.
HHS не располагает ресурсами, необходимыми для борьбы с бандами и высокопоставленными преступниками.
К сожалению, неудачная политика открытых границ привела к тому, что наши границы пересекают высокопоставленные преступники,
убийцы и члены транснациональных преступных организаций.
Теперь они также являются спонсорами и опекунами уязвимых детей.
И это... это невообразимо!
Но Министерство здравоохранения не является правоохранительным органом.
И поэтому они просто не знают.
Вы затронули важный вопрос, и я хотел бы предоставить некоторую справочную информацию.
Некоторые из наших зрителей и слушателей, возможно, не думают сейчас о защите границ.
Вы думаете о ICE .
Вы имеете в виду правоохранительные органы, которые занимаются нелегальной иммиграцией.
Однако решающее значение для всей этой дискуссии имеет то, что несопровождаемые дети - это не дело пограничной полиции или ICE.
Это относится к "Министерству здравоохранения и социального обеспечения"; Управление по переселению беженцев - ORR .
А это уже государственное учреждение, отвечающее за уход, обеспечение и размещение детей.
Поэтому они являются администраторами здравоохранения, которые управляют этим процессом.
Как вы уже отметили, они не являются сотрудниками правоохранительных органов.
Они не знают, как проверять людей и проводить проверки.
По сути, они управляют только телами.
И они имеют дело с очень сложной преступной организацией.
Да.
И они охотятся за товаром, а этот товар - маленькие дети.
И они знают, как эксплуатировать этих детей, манипулировать ими, превращать их в деньги и использовать в бог знает каких целях.
Именно. И это то, что, как мне кажется, средний зритель и большинство людей просто не понимают: в мире
есть злые люди, которые рассматривают детей как товар.
Верно.
И они используют их для торговли людьми в целях трудовой эксплуатации или секс-торговли и даже хуже.
Потому что наркотики продаются один раз; как одноразовое потребление для человека, продающего наркотики.
Да, они получают за него деньги, но продают его только один раз.
Если у вас есть ребенок, вы можете использовать его каждый день.
Несколько раз. Несколько раз в день, и это постоянный источник дохода!
И это то, что люди должны осознать.
Что есть люди, которые так думают, и что нам нужно принять меры на политическом уровне, чтобы защитить детей!
В настоящее время против детей ведется война.
И люди должны проснуться и понять, что мы можем решить эту проблему, но не при нынешней ситуации.
Эта программа должна быть коренным образом перестроена.
И правоохранительные органы необходимо вернуть в уравнение.
Для этого нужен сильный руководитель.
Но она может начать спасать детей уже сегодня.
Она могла бы начать преследование этих преступных элементов, торговцев людьми, уже сегодня.
Уже сегодня можно приступить к ликвидации инфраструктуры торговли людьми.
Это может произойти и сегодня, если у власти окажутся правильные люди.
Конечно!
И в некоторых случаях было совершенно очевидно, что плохие парни, похищавшие детей, использовали один и тот же адрес для
нескольких спонсоров и нескольких детей, которых они забирали.
Они даже не удосужились притвориться, что у них ложные адреса.
Некоторые из этих людей были очень неряшливы и ленивы, поэтому в доме или квартире было несколько "спонсоров", а по
одному адресу было зарегистрировано полдюжины или дюжина детей.
Так что вам не нужен супераналитический процесс, чтобы понять, что система была использована этими плохими парнями.
Да. Любой, кто хоть немного разбирается в анализе данных, может понять, что это не имеет смысла, если спонсор
указывает два разных адреса или если в одной квартире живут три спонсора, которые спонсируют нескольких детей.
Это не колдовство.
Верно.
И тот факт, что эта программа существует в ее нынешнем виде так долго, еще раз доказывает, что
ответственные лица явно не в состоянии выявить сети торговли людьми и защитить детей от торговцев.
Чтобы спасти этих детей, необходимо кардинально изменить ситуацию!
Было ли обычным делом фотографировать этих детей и снимать отпечатки пальцев?
Отпечатки пальцев? Нет. Мы сфотографировали детей.
Это еще одна важная информация, которую необходимо знать. В HHS есть фотография ребенка.
У Министерства здравоохранения есть информация. Они просто не передают ее.
Да. Так что это серьезные признаки.
Это пригодные для использования следы.
Да.
Я имею в виду, если бы это случилось три года назад, Бог знает, где они сейчас.
Но есть элементарная следственная работа, полиция могла бы отследить адреса и людей и разыскать детей.
У вас есть фотография. Теперь это уже не 12-летняя девочка, возможно, ей уже 14, но у вас все еще есть ее фотография,
общее описание и, возможно, даже заявление о личности.
Таким образом, на предварительном этапе можно провести довольно много полицейских
расследований, чтобы выяснить, кого можно немедленно спасать.
Конечно!
А также кто те преступники, которых вы должны преследовать, верно?
Именно .
Тара Родас: Потому что если по одному адресу доставляется, очевидно, сотня детей, то, конечно, возникает пул информации,
которую необходимо передать непосредственно в правоохранительные органы, чтобы они могли провести расследование.
Но они не разглашают данные, Крис.
Это невероятно.
Сенатор Грассли подал заявление о возбуждении уголовного дела.
Сенатор Грассли уже много лет ведет кампанию в защиту этих несопровождаемых детей.
В июле он провел слушания в Сенате.
Он подал уголовные жалобы в ФБР и DHS , но HHS не выдало данные, даже по повестке.
Они не ответили.
В большинстве случаев в результате расследований министерства удавалось обнаружить менее 4% целей.
Таким образом, менее 4% детей, которых они искали, и менее 4% торговцев, потому что Министерство здравоохранения
не сотрудничает с ними и не предоставляет им данные.
Это немыслимо.
Что говорит Министерство здравоохранения? Как они это обосновывают?
Они ссылаются на правила защиты данных или что это за нелепый отказ от сотрудничества?
Что...? Да. Я имею в виду... Обычно они приводят какие-то нелепые оправдания, какими бы нелепыми они ни были.
Но, по крайней мере, они ведут себя так, будто соблюдают закон или защищают молодежь и частную жизнь.
Это их оправдание?
Да, они говорят, что это конфиденциальность спонсора, и это для них важнее всего остального.
И это опять же абсолютно неправильное мышление.
Да. Да.
Спонсорам никогда не нужно отчитываться перед ОРР.
Поэтому мы передаем ребенка человеку, которому больше никогда не придется отвечать на звонки федерального правительства.
Это совершенно бессмысленно.
На границе появляется ребенок с номером телефона и именем человека, находящегося в Соединенных Штатах.
Как он получил данные?
Дети рассказывают, что получили его по дороге.
Да, и они передают это нашей замечательной пограничной полиции, которая выступает в качестве контактного пункта США.
Верно.
Этот представитель США должен передать ребенка в Министерство здравоохранения в течение 72 часов.
Наша цель состояла в том, чтобы передать ребенка в контактный центр в США в течение 10-14 дней.
Это были наши так называемые "спонсоры".
Я не думаю, что люди понимают, что в течение двух недель дети передаются людям здесь, в Соединенных Штатах, которым
больше никогда не придется отвечать на звонки правительства.
Мы передаем опекунство. Вот и все.
Пока! Удачи вам. Это невероятно!
Мы бы никогда не стали так обращаться с американскими детьми.
И я не знаю, почему мы так обращаемся с детьми мигрантов.
: Да. Я собираюсь сказать кое-что, что может показаться легкомысленным, но я не имею в виду
это, я хочу выразить что-то очень конкретное.
В нашей стране есть места, где вы не можете взять собаку без тщательной проверки и последующих действий.
И я говорю об этом буквально, я знаю это не понаслышке.
Вы приходите на мероприятие по усыновлению собак, заполняете анкету, предъявляете
удостоверение личности, вас проверяют и расспрашивают.
Вы получаете собаку, а затем выезжаете на дом.
Это работает буквально следующим образом.
Мы стали более осведомленными и внимательными, и у нас появился механизм, позволяющий
дважды проверить здоровье и благополучие собаки.
А я люблю собак.
Так что я это понимаю и не жалуюсь.
Лично для меня такое неравное отношение - это... это так неосмотрительно и безумно
со стороны Министерства здравоохранения.
Этому нет ни оправдания, ни объяснения.
: Да, нет никаких объяснений, кроме того, что это бизнес с многомиллиардными оборотами в год.
Давайте придерживаться этого.
Я бы хотел, чтобы мы поговорили о деньгах.
Это денежный бизнес.
Понимаете, в любом случае, если говорить очень упрощенно, они продают детей, не так ли?
Это товар, деньги переходят из рук в руки, и есть... это товар, контрабанда, которую перевозят.
Кто на этом зарабатывает? Кто?
Многие подрядчики и НПО зарабатывают миллионы и миллионы долларов в год.
: Ну, я имею в виду... давайте немного пройдемся по механизмам, чтобы дать людям представление о том, как это работает:
Если они пересекают границу, их задерживают.
Но кто их подбирает?
Иногда это пограничная полиция, но иногда пограничная полиция просто собирает людей и отправляет автобус или микроавтобус.
И угадайте что! Этот автобус или минивэн принадлежит автобусной или транспортной компании.
Они делают это не по доброте душевной.
Они получили правительственный приказ курсировать на автобусах между пунктами А и В или
между центром приема А и центром обработки С.
Но это автобусное сообщение.
И они водят... Не знаю, от 10 до 20 автобусов в день.
Более чем.
Да, я имею в виду только от 10 до 20 на определенном участке дороги, верно?
Это огромные транспортные заказы: Автобусы, микроавтобусы и т.д., а также расходы на перелет.
А еще есть НПО - это просто общий термин для неправительственных организаций, но, честно говоря, и мне жаль это признавать:
очень часто это церковные организации, которые нашли способ...
Я имею в виду, что у них, вероятно, были хорошие намерения, они хотели помочь людям, да благословит их Бог, это замечательно.
Но потом это стало для них прибыльным бизнесом.
Существуют как светские, так и церковные неправительственные организации.
Некоторые из них начинали как филантропы, желающие помочь людям, а некоторые честно зарабатывают деньги.
Но и здесь им платят, чуть ли не за голову, за обслуживание и обработку этих людей - и именно так вы зарабатываете деньги.
На это уходят огромные средства, речь идет о сотнях миллионов долларов.
Да! Сотни миллионов ежемесячно.
Думаю, некоторые люди просто не понимают, что контракт, который я заключил с сайтом, на котором
работал, составлял более ста миллионов в месяц.
Никто не думает: "Вот это да! Я просто расскажу о том, что мое агентство или подрядчик
получает все эти деньги и торгует детьми".
Правильно....
Извините!
Неважно!
Так что это огромный бизнес.
Затем есть.... Я имею в виду, что это неоплаченные расходы и затраты по государственному контракту.
А левые будут кричать: "Что вы собираетесь делать, просто дать им умереть в пустыне?".
Я думаю, что это несерьезный аргумент - никто не будет за это.
Но есть и другая сторона, а именно незаконные криминальные денежные операции в тайне.
И именно здесь правительство теряет контроль.
Верно? Как только она передаст этих детей неизвестно кому, речь пойдет о секс-торговле, о детском труде, о любом количестве
ненормальных, странных, преступных и извращенных вещей, которые могут быть сделаны, чтобы злоупотреблять,
манипулировать и эксплуатировать молодых людей.....
И вся темная сторона бизнеса, тайная преступная деятельность. Бог знает, сколько денег здесь замешано. Никто не знает.
Да, да. Крис, мы отделяем детей от их семей и родной страны.
Верно.
Это то, чего люди просто не понимают.
Изначально программа - я имею в виду замысел командира - это то, о чем мы говорим.
Какова конечная цель этой программы?
Я думал, что это воссоединение семьи, а люди, которые изначально придумали эту программу,
сказали: "Ну, это и есть воссоединение семьи".
Однако в настоящее время это не так.
Ханна Драйер из New York Times использовала свои данные - после анализа данных - и выяснила, что в некоторых
почтовых индексах менее 10 % детей навещают своих родителей.
Это не "воссоединение семьи".
Это крупномасштабная преступная операция!
Детей отправляют в потогонные цеха.
Детей отдают в сексуальное рабство. Они сами об этом говорят.
Дети три года спустя, потому что Энтони Рубин из Muckraker действительно разыскал детей, которые три года
спустя сказали: "Послушайте, я все еще в долговой кабале.
Я все еще должен деньги человеку... который заплатил за мою контрабанду здесь....
Три года спустя эти дети все еще должны деньги.
Невероятно, что здесь происходит!
Да. И Крис, я думаю, это то, чего люди просто не понимают или, возможно, никогда не смогут
представить, что больной человек делает с ребенком.
Верно.
И это, я думаю, одна из самых ужасных вещей, которые я когда-либо видела.
Я должен был заглянуть в эту тьму и подумать: "Боже мой, есть люди, которые так поступают".
Но есть также врачи и медсестры, с которыми я общался лично.
Я имею в виду, они... Знаете, в слезах они сказали: "Тара, там была семилетняя девочка, у
которой были все эти венерические заболевания".
Верно.
Я имею в виду, что люди не понимают, что плохого люди делают с детьми.
И мы передали их преступникам.
Верно.
Я бы посоветовала людям ознакомиться с документами, которые сенатор Грассли опубликовал 11 июля .
Вы можете ознакомиться с его пресс-релизом и узнать, что эта администрация передала
детей на попечение людей из MS-13 . Понятно?
Они - злые преступники. Почему мы должны давать им детей?
Они известны как члены транснациональных преступных организаций.
Это, это за гранью воображения.
И честно говоря, Крис, если бы я не видел этого своими глазами, то не поверил бы, что федеральное
правительство превратилось в службу доставки в белых перчатках.
Она буквально является посредником в организации, торгующей детьми.
Да, они это делают.
Дело даже не в том, что они как-то в этом замешаны. Они его осуществляют.
Они реализуют план по похищению и жестокому обращению с этими детьми. Это их игра.
Да.
Это ее операция.
Да. А разлучать их с семьями дома, заманивая их, - это торговля людьми.
Это насильственное мошенничество или принуждение.
Верно.
Итак, дети и родители, потому что дети сказали нам об этом.
Верно.
Знаете, у каждого могут быть свои аргументы.
Мы переглянулись, и я посмотрел в глаза испуганным детям.
Я знаю это, потому что дети рассказали мне и другим.
И есть отчеты с показаниями детей. Это невозможно отрицать.
Дети сказали: "Знаете, дома, в Гватемале, я зарабатывал всего 2 доллара и 50 центов в день.
Но торговец людьми здесь, в Техасе, сказал мне, что если я уеду из дома, то смогу
приехать в США и зарабатывать 6 долларов в час".
Ребенок и родители верят, что он станет таким же богатым, как Элон Маск.
Верно.
От 2 долларов и 50 центов в день до 6 долларов в час.
И просто немыслимо, что мы привлекаем уязвимые группы населения.
А из Гватемалы приезжают дети коренных народов, которые даже не говорят по-испански.
Именно.
Так что нам действительно нужно подумать о том, что здесь происходит.
Необходимо разработать новые рекомендации.
Люди с опытом работы в правоохранительных органах должны быть способны защитить детей.
А Министерство здравоохранения должно обнародовать данные, чтобы детей можно было
найти, а преступников привлечь к ответственности.
Мы не можем продолжать позволять этому происходить здесь, в Соединенных Штатах, с уязвимыми детьми, с маленькими детьми.
Это поистине невообразимо.
Да! Мы должны преследовать животных, которые управляют сетями, которые делают это.
По моему мнению, мы должны привлечь к ответственности правительственных чиновников, которые
принимали эти решения и привели к тому, что это произошло.
Они относятся к отдельной категории. Но и они должны нести ответственность.
Разумеется, преступники, которые это делают, должны быть привлечены к ответственности.
А потом мы должны спасти этих несчастных детей.
Интервью с Тарой Родас было взято в октябре 2024 года, то есть до того, как Дональд Трамп был переизбран президентом США.
После выборов новый министр здравоохранения и социальных служб при Трампе, Роберт Ф. Кеннеди-младший, публично заявил на
заседании кабинета министров, что Министерство здравоохранения и социальных служб при Байдене стало
"соучастником торговли детьми в целях секса и рабства".
Так изменилась ли ситуация к лучшему при Трампе?
Журналист-расследователь Райан Матта относится к этому скептически.
Он уже много лет пытается выяснить, где находятся пропавшие дети, и уже снял несколько документальных фильмов на эту тему.
В интервью, данном в мае 2025 года, он выразил свое разочарование тем, что администрация Трампа до сих пор не вернула
упомянутые 300 000 детей после 100 дней пребывания у власти.
Он отмечает, что у правительства есть номера мобильных телефонов и адреса спонсоров, к которым
были переданы дети, и их можно легко отследить.
Он также раскритиковал действия правительства в отношении программ Southwest Key.
Southwest Key Programs - это крупная организация, расположенная в США и работающая в нескольких штатах.
Она предлагает широкий спектр услуг, включая размещение беженцев для несопровождаемых несовершеннолетних иммигрантов.
Райан Матта убежден, что 30-40 объектов, участвующих в этой программе, представляют собой самые
крупные из сетей, занимающихся торговлей детьми.
Они были настолько жестокими, что даже министр юстиции Байдена, Меррик Гарланд, подал иск против
этих учреждений, утверждая, что там насиловали детей.
Однако генеральный прокурор Трампа Пэм Бонди довольно быстро после вступления в должность решила, что иск следует отклонить.
Это просто поразительно, когда вы задались целью осушить болото.
Учитывая заявление министра здравоохранения Кеннеди о том, что при предыдущем правительстве его министерство
было соучастником этой детской секс-торговли, остается только гадать, где же юридическая переоценка.
Если Тара Родас утверждает, что Камала Харрис руководила крупнейшей операцией по торговле людьми и
секс-трафику, то она и ответственные лица в Министерстве здравоохранения должны быть расследованы как можно скорее.
Однако это еще не все.
Во время предвыборной кампании перед своим первым президентством Трамп уже заявлял, что посадит Хиллари Клинтон в тюрьму.
Однако после выборов даже не было начато никаких расследований.
В скандале с Эпштейном администрация Трампа также пока не выполнила свое обещание
провести расследование и раскрыть информацию.
Это неудивительно, если учесть, что многие жертвы и свидетели утверждают, что Эпштейн не был отдельным
преступником, а в скандал были вовлечены многие представители политического и социального истеблишмента.
В связи с этим возникает вопрос: неужели в случае с торговлей детьми на границе США только с мелкими преступниками борются с
помощью средств массовой информации, а крупная рыба, сети, НПО и представители
правительства и министерств снова остаются без внимания?
До тех пор, пока эти люди не окажутся за решеткой, можно считать, что представленные
успехи - всего лишь надувательство для населения.